Журналистка Баязитова отсидела весь срок. Путин говорил, что приговоры вроде этого «не укладываются в голове»

2 часа назад

Журналистка Александра Баязитова вышла на свободу из колонии, где сидела по статье о вымогательстве. Она отсидела полный срок и не смогла выйти условно-досрочно, несмотря на проблемы со здоровьем и заступничество известных провластных деятелей, в том числе главреда RT Маргариты Симоньян. О деле рассказывали и Владимиру Путину, который сказал, что оно «не укладывается в голове».

Детали. Баязитова, которая отбывала срок в исправительной колонии № 1 во Владимирской области, освободилась в понедельник. У колонии ее встретили родные и друзья, пишет«Пост».

  • Журналистка отбыла полный срок, и в первом интервью после выхода из заключения выразила сожаление, что ей не удалось выйти досрочно или заменить неотбытую часть наказания на более мягкий срок. «Думаю, колония на меня обиделась. Я ведь подавала иски, поскольку, скажем так, не все благополучно в этом учреждении», — объяснилаона сама «Московскому комсомольцу».

Срок Баязитовой. Баязитову осудили в ноябре 2023 года на пять лет колонии по статье о вымогательстве у топ-менеджера Промсвязьбанка Александра Ушакова. По версии следствия, она и ее напарница Ольга Архарова (получила 4,5 года) вымогали у Ушакова деньги за блок на негатив в своем YouTube-канале «Адские бабки».

  • Прокуратура запрашивала ей 14 лет лишения свободы, что, как отмечал «Коммерсант», могло бы стать редким по своей жестокости наказанием для подобных случаев. После критики этого запроса со стороны пропагандистов, в том числе главного редактора RT Маргариты Симоньян и ведущего «России 1» Евгения Попова, суд назначил значительно более мягкое наказание.
  • В 2024 году Баязитова подавала прошение о помиловании, а в 2025 году — об УДО (получилаотказ в апреле того же года). В сентябре 2025 года суд во Владимирской области смягчил наказание, назначив вместо неотбытого срока принудительные работы на 10 месяцев, но прокуратура смогла через суд отменить это решение.

Кто заступался за Баязитову после приговора. Симоньян продолжила публично заступаться за Баязитову и после приговора.

  • Член Совета по правам человека (СПЧ) Ева Меркачева рассказала Путину о деле во время его беседы с советом в декабре 2023 года. Меркачева напомнила, что прокурор потребовал для Баязитовой 14 лет, а в итоге она получила пять лет, но и это, по словам Меркачевой, «колоссально много» для «девушки с сахарным диабетом». Тему приговора Баязитовой Меркачева привела как пример пример тенденции на ужесточение наказания по делам за ненасильственные преступления. «Примеры, которые вы привели, в голове не укладываются… Семь-десять лет. На мой взгляд — как гражданина — вещи это спорные», — ответил президент.
  • Тогда же, в декабре 2023 года, журналист Life Александр Юнашев спрашивал Путина, где находится грань между наказанием «настоящих вредителей» и «охотой на ведьм», приводя в пример дело Баязитовой. «Не перегибайте, какая охота на ведьм… Что она такого сделала, чтобы на нее охотиться. Она что, какой-то крупный оппозиционный деятель, что ли?», — ответил Путин и добавил, что «сам немножко оторопел», когда услышал, что за экономические преступления дают 14−15 лет.
  • В 2024 году потерпевший по делу Ушаков просил суд заменить журналистке реальный срок на условный.

Контекст. Дело против Баязитовой стало частью преследования администраторов телеграм-каналов, которое началось в 2022—2023 годах. Всех ставших фигурантами дел администраторов следствие обвинило в вымогательствах за удаление публикаций. Проект" в декабре 2022 года писал, что за всеми крупными преследованиями администраторов популярных телеграм-каналов последнего времени может стоять сотрудник «Ростеха» и муж Тины Канделаки Василий Бровко.

  • Канал Архаровой «Финансовый караульный» репостил посты «Небрехни» про Бровко, Баязитова же была редактором канала Архаровой, следует из показаний по уголовному делу. Подробнее здесь.

Больше новостей, о которых боятся писать в России, — в наших аккаунтах в Telegram, Twitter, Facebook и рассылке «Агентства»

Нас нельзя запугать, но нам можно помочь