Обвиненного в теракте сына участницы круглых столов в Госдуме признали «жертвой». Его сверстники получали реальные сроки по таким делам

4 часа назад

Судебная экспертиза в деле московского школьника, обвиненного в теракте в 14 лет за серию поджогов по заданию мошенников, признала обвиняемого «жертвой психической атаки», сообщила журналистка «Московского комсомольца» Ева Меркачева. Ранее «Агентство» установило, что мать подростка — постоянная участница круглых столов в Госдуме, продолжавшая посещать их и после ареста сына. Сверстников школьника российские суды по аналогичным обвинениям приговаривали к реальным срокам лишения свободы.

Детали. Судебно-психиатрическую экспертизу для подростка, который по заданию мошенников бросил зажигательную смесь в здание управы в Москве и поджог релейный шкаф, провели в Центре имени Сербского.

  • Согласно выводам исследования, школьник «некритично воспринимал их [мошенников] указания <…> как единственно возможный выход из созданной ими вымышленной трудной для него ситуации и как приказы компетентных государственных органов». Также в заключении говорится, что школьник считал, что «помогает правоохранительным органам в борьбе с преступностью».
  • По мнению Меркачевой, это означает, что действия подростка подпадают под часть 3 статьи 20 УК РФ, согласно которой несовершеннолетний не подлежит уголовной ответственности «вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, во время совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими».
  • Изначально следствие не хотело рассматривать версию о том, что обвиняемый нарушил закон неосознанно, говорится в публикации. Его внесли в реестр экстремистов и террористов, а также отправили в СИЗО, где он провел 11 месяцев. Следователи также отказывались приобщать к делу запись разговора школьника с мошенниками, которую силовикам предоставила мать обвиняемого, пишет Меркачева.
  • Мать школьника на своей странице в Facebook в конце декабря написала, что «сын с нами».
  • Меркачева выразила надежду на то, что теперь дело закроют. При этом, по ее словам, родителям школьника придется выплатить РЖД 8 млн рублей. Родителей школьника Меркачева называет «людьми небогатыми», для которых это — запредельная сумма.

Что известно о подростке и его матери. «Агентство» ранее установило личность школьника — им оказался 14-летний ученик московской школы, участник конкурсов KidSkills и «Большая перемена».

  • Его мать — Марина Р. — называет себя специалистом по восточной медицине, гипнологом и психоаналитиком. Согласно анализу «Агентства», как руководитель организации, занимающейся метафизическими практиками, женщина регулярно появляется в Госдуме. В 2023 году на круглом столе в парламенте она предлагала легализовать метафизические услуги. Уже после ареста сына она участвовала в обсуждении запрета рекламы эзотерических услуг в комитете по защите семьи, возглавляемом Ниной Останиной.
  • Мать школьника пыталась повлиять на ход дела, писала жалобы и смогла добиться смены следователя, рассказывала сама женщина «Агентству». Также она обсуждала с депутатами практику применения статьи о теракте против подростков. По ее словам, она разговаривала об этом с одним из авторов действующей статьи о теракте и заручилась поддержкой депутата Госдумы Федота Тумусова.

Контекст. К августу 2024 года по обвинениям в терроризме силовики лишили свободы не менее семи подростков, которым было меньше 16 лет. Например, весной 2024 года суд в Санкт-Петербурге приговорил Егора Лаускиса и Артемия Доронина, которым было по 14 в момент задержания, к 2 и 4 годам лишения свободы за попытку поджога релейного шкафа. Согласно показаниям Доронина, они пошли на поджог после угроз предположительно представителя «Легиона „Свобода России“» передать переписку в ФСБ.

  • А в ноябре 2025 года суд в Новосибирске назначил 15-летнему и 16-летнему подросткам из Омской области 6,5 года и 6 лет 8 месяцев воспитательной колонии за поджог трех релейных шкафов.

Больше новостей, о которых боятся писать в России, — в наших аккаунтах в Telegram, Twitter, Facebook и рассылке «Агентства»

Нас нельзя запугать, но нам можно помочь